«Я должен срезать ветки, чтобы сохранить ствол» – это слова из речи Хаима Румковского, которую он произнес 4 сентября 1942 накануне трагической акции против евреев «Большая Шпера». Тогдашний глава юденрата Румковский, исполняя приказ немцов, умолял евреев Лодзинского гетто отдать ему детей до 10 лет на депортацию в лагерь смерти Хелмно для спасения других заключенных. Эта речь и многие другие факты из биографии Румковского делают его неоднозначной и противоречивой фигурой в истории Лодзи, пишет lodzyes.eu.
Часть исследователей считают его коллаборационистом, жестоким тираном, упивавшимся своей властью в Лодзинском гетто, вверенной ему нацистами. По мнению других историков, фигура Хаима Румковского слишком демонизирована. Они склоняются к мнению, что глава юденрата всячески способствовал превращению гетто в трудовой лагерь, ведь видел в этом путь к спасению евреев.
Ранние годы и переезд в Лодзь
Хаим Мордехай Румковский родился 27 февраля 1877 г. в населенном пункте Ильно, Витебской губернии, тогдашней Российской империи в еврейской семье. Имел двух сестер и брата. Однако после большевистской революции в России осенью 1917 года он потерял связь с сестрами. Одна его сестра жила в Харькове (Украина), а другая в Москве.
В 1892 году Румковский вместе с братом перебирается в город Лодзь, который в то время входил в состав Королевства Польского. В 1902 году Румковский женится на Ите Беднар.
До Первой мировой войны Румковский вместе с Абе Неманом руководил фабрикой по обработке плюшевых тканей.
В межвоенные годы Румковский был страховым агентом. Он жил в доме по улице Килинского, 105. В том же доме проживал и его брат – Иосиф. До начала Второй мировой войны он также являлся главой детского еврейского приюта, что на улице Краевой, 15.
Входил также в политическую партию «Общих сионистов» и был членом правления «Еврейской общины». В конце 1930-х годов покинул партию «Общих сионистов» и присоединился к партии ортодоксальных евреев «Агуда».
Глава юденрата Лодзинского гетто
Начало Второй мировой войны застало Румковского в Лодзи. Нацистам удалось захватить город 9 сентября 1939 года – чуть больше, чем через неделю после начала войны. Фактически с первых дней оккупации города лодзинские евреи начали подвергаться преследованиям со стороны нацистов, частью идеологии которых был антисемитизм.
В декабре 1939 года оккупационные власти заговорили о необходимости изоляции еврейской общины в отдельном районе города. В частности, в тайном циркуляре тогдашнего руководителя Лодзинской области, которого считают одним из создателей Лодзинского гетто, Фридриха Убельора говорилось, что «нужно создать закрытый и строго изолированный еврейский квартал». На основе этого документа в феврале 1940 года в районе Старого города и Балута было создано Лодзинское гетто.
По примеру других гетто в Лодзинском с разрешения немецкой оккупационной администрации был создан юденрат – еврейский административный орган самоуправления. Фактически юденрат отвечал за все, что происходило внутри гетто.
Главой старейшин юденрата Лодзинского воеводства был назначен Хаим Румковский, как единственный член правления «Еврейской общины», который в то время остался в городе. Он непосредственно подчинялся руководителю Управы гетто, немцу Гансу Бибоу.
В гетто Хаима Румковского прозвали «Королем Хаимом», называли также и «Хаимом Грозным». Такое имя закрепилось за ним небезосновательно. На тот момент 63-летний бывший директор приюта и страховой агент часто грубо и жестоко обращался с евреями и радовался вверенной ему властью.
Он всячески способствовал тому, чтобы Лодзинское гетто, через которое прошло более 200 тыс. человек, превратилось в огромный трудовой лагерь, ошибочно полагая, что рабский труд жителей гетто является ключом к их спасению. Румковский руководствовался девизом: «Наш единственный выход – это работа».
Он контролировал все сферы повседневной жизни в гетто. В частности, все имущество, выдачу пищевых пайков, выполнение работы заключенными. При содействии Румковскому, в Лодзинском гетто была введена собственная денежная система. Монеты и банкноты евреи называли «румками» – их название произошло от фамилии старейшины юденрата.
Любые акты неповиновения и инакомыслия Румковский подавлял с помощью созданной им полиции. А своим политическим оппонентам мужчина угрожал тем, что «сдаст» их нацистам.
Многие евреи в гетто откровенно ненавидели Румковского, считая его коллаборационистом и предателем. А у многих «Король Хаим» внушал страх, когда проезжал по территории гетто на конской упряжке.
Интересным аспектом исследования историков является вопрос взаимоотношений между Румковским и непосредственным руководителем Лодзинского гетто немцем Гансом Бибоу. Последний был заинтересован в том, чтобы Лодзинское гетто как можно дольше существовало, как большой трудовой лагерь, имея с этого экономическую выгоду. Вместо этого старейшина юденрата, осуществлявший строгий контроль за выполнением принудительных работ в гетто, получил от немецкого офицера Бибоу фактически неограниченную власть.
Впрочем, следует добавить, что под свой контроль Румковский также взял и организацию системы образования в гетто. В гетто до конца 1941 года работали начальные школы, действовали курсы переквалификации, преподавался идиш. Были попытки организовать колледж и профессиональную школу.
Румковский и акция «Большая Шпера»
В августе 1942 года нацисты приняли решение о депортации в концлагерь смерти в Хелмно евреев, которые не могли работать на благо Третьего Рейха. В перечень подлежащих депортации попали пожилые люди, дети в возрасте до 10 лет и больные. В Лодзинском гетто данная акция направлена против евреев получила название «Большая Шпера».
1 сентября упомянутого года нацисты приказали Румковскому подготовить списки детей до 10 лет и пожилых в возрасте от 65 лет. 4 сентября он произнес свою знаменитую речь, известную как «Отдайте мне своих детей». Румковский умолял евреев в гетто отдать насмерть детей в возрасте до 10 лет и людей старше 65 лет, чтобы другие могли выжить.
Приведем отрывок из его речи перед заключенными в гетто Лодзи:
«Мрачный порыв налетел на гетто. Они требуют от нас отказаться от лучшего, что есть у нас – детей и старших. Я не мог иметь своих детей (Хаим Румковский был бездетным, однако после «Большой Шперы усыновил двух мальчиков – ред.), поэтому свои лучшие годы я отдал детям. Я жил и дышал ими, я никогда не думал, что мне придется принести эту жертву на алтарь своими руками.
В конце концов, нацисты недовольны скоростью передачи им жертв для транспортировки в лагерь смерти в Хелмно, на следующий день – 5 сентября приступили к реализации жестокой акции. Она продлилась до 12 сентября. Во время этих кровавых дней более 15 тыс. человек были депортированы в Хелмно. Около 200 человек были убиты на месте, в основном это были родители, защищавшие своих детей от рук нацистов.
После акции «Большая Шпера» влияние Хаима Румковского в Лодзинском гетто значительно ослабило. Даже Бибоу стал все чаще контактировать с другими представителями юденрата.
Руководителя Лодзинского юденрата Румковского постигла судьба сотни тысяч евреев – 29 августа 1944 года он был отправлен в концлагерь Аушвиц в Освенциме.
По одним данным, Румковский скончался в результате избиения. Якобы заключенные евреи узнали Румковского и отомстили ему за его роль в Холокости. По другим же источникам, «Король Хаим» был отправлен в газовую камеру. Случилось это между 30 августа и 1 сентября 1944 года.
Неоднозначное отношение к личности Румковского
Исследователи Холокоста по-разному оценивают фигуру Хаима Румковского. Одни подчеркивают его деспотизм, чрезмерную уступчивость немцам и борьбу с антинацистским подпольем в гетто. А некоторые историки вообще описывают Румковского, как предателя и коллаборациониста.
Вот, к примеру, что пишет о нем историки Майя-Мари Сутник:
«Румковский фактически превратил гетто в рабский трудовой лагерь, эксплуатируя еврейских рабочих, чтобы осуществить свой план «выживания сильнейшего» в гетто».
Другие исследователи Холокоста, в частности, Ричард Рубинштейн считают, что фигура Румковского прекрасно иллюстрирует его знаменитая речь «Отдайте мне своих детей». Они добавляют, что в подобной ситуации глава юденрата Варшавского гетто Адам Черняков совершил самоубийство.
«Он был фюрером своего крошечного королевства на протяжении большей части своего правления и, кажется, эта роль ему нравилась», — писал Рубинштейн.
А бывший узник Аушвица, итальянский поэт еврейского происхождения Примо Леви, которому посчастливилось выжить в концлагере, писал о Румковском вот что:
«Если бы Румковский пережил свою трагедию, ни один трибунал его не оправдал бы. И мы не можем оправдать его в моральном плане».
В свою очередь, другая часть исследователей, которая адвокатирует Румковского, утверждает, что он искренне стремился спасти как можно больше заключенных в Лодзинском гетто. Поэтому для этого выбрал тактику превращения гетто в большой трудовой лагерь. По их мнению, если бы Лодзь была освобождена от нацистов раньше, возможно, значительную часть жителей гетто удалось бы спасти.
Однако сложилось по-другому. Да и судьба евреев Лодзинского гетто никак не зависела от Румковского. Ведь в планах нацистов было «окончательное решение еврейского вопроса», то есть физическое их уничтожение.
Так что, наверное, фигура Хаима Румковского останется в перечне тех, у которых нет однозначной оценки.